Кажанна vs Jerry Heil: подробности скандала

Молодая артистка Кажанна обвинила лейбл Nova Music в моральном давлении и «рабском контракте».

В ответ компания опубликовала официальное заявление, в котором отметила, что певица отказалась работать по модели распределения прибыли 50/50, несмотря на то, что лейбл, по их словам, инвестировал в развитие артистки собственные средства.

Afisha.bigmir.net собрала все ключевые детали этого конфликта.

С чего начался скандал

Публичный конфликт между Кажанной и Jerry Heil разгорелся после пародийного видео, которое певица опубликовала в соцсетях.

В ролике она обыграла религиозные мотивы конкурсной песни Jerry Heil, использовав элементы собственного трека Boy.

Видео вызвало волну критики со стороны фанатов участницы Нацотбора на Евровидение-2026.

После этого Кажанна опубликовала, а затем удалила серию постов в Threads, в которых говорила о лицемерии в музыкальной индустрии и давлении со стороны Nova Music.

Заявления Кажанны

Артистка утверждает, что объём её работы не соответствовал уровню финансового вознаграждения.

«Видео на песню “Жалі” было снято на улице — как могла, потому что в то время команда была на Евровидении и почти не выходила на связь. Или в туре. Или ещё где-то. Я две недели напоминала о зарплате, часто, у меня не было ни копейки. А когда я выложила в сторис, что ищу работу, меня попросили удалить, потому что это “влияет на репутацию лейбла”. Мне предложили два варианта: взять у них в долг или “подождать, пока раскрутишься”. Я инициировала разговоры. Но, к сожалению», — рассказала певица.

Отдельно Кажанна отметила, что стандартная модель распределения прибыли 70/30 в пользу лейбла казалась ей несправедливой.

Версия Jerry Heil

Позже свою позицию озвучила Jerry Heil. Она заявила, что лейбл, наоборот, старался поддерживать артистку, авансировал выплаты и выполнял значительный объём организационной и продюсерской работы.

«Я не знаю, какой лейбл мог так накрутить Аню. Потому что знаю: когда лейбл хантит, он будет жёстко атаковать тот лейбл, в котором артист находится сейчас. Если Аня пришла к таким выводам сама — это очень грустно. Кто знает мою историю хотя бы с 2017 года, знает, что мой путь был непростым, и я никогда бы не поступила так с каким-либо артистом, тем более с девушкой, которой мы взялись помогать», — пишет Jerry Heil.

Певица также призналась, что долгое время сама работала в минус.

«Я сама вышла из долгов лишь несколько лет назад — и это при довольно больших цифрах на стримингах уже тогда. Для меня каждый трек Ани — даже те, что залетали чуть меньше, — это прорыв. Чтобы вы понимали моё отношение к её музыке. Все авторские права принадлежат Ане. Потому что уже пишут что-то вроде “мы забираем права” — и такой мысли даже не было. Алло… мы же не в 90-х. Так же абсурдно звучат утверждения о том, что мы якобы запрещали Ане участвовать в Нацотборе или подавляли релизы», — добавила артистка.

По словам Jerry Heil, из-за отсутствия ответа в личных сообщениях ей пришлось комментировать ситуацию публично.

«Ты знаешь, что бывают технические задержки выплат, и при этом лейбл всегда авансировал тебя, когда ты просила. Безусловно, успех ты принесла лейблу, когда написала “Ты гірка”, но ты знаешь, что лейбл создал тебе YouTube, дал первых саундпродюсеров, настроил и запустил процессы, занимался концертами, от участия в шоу ты сама отказалась, от SMM-услуг — тоже. Друзья, которые это читают, пожалуйста, осознайте: такой объём “тихой работы” выполняется командой — это сложно понять со стороны, даже артистам. Ты знаешь, что доходы от песен — это не те цифры, которые люди себе представляют, и продолжаешь акцентировать внимание на минусе на карте. Хотя лейбл, опять же, всегда авансировал тебя. И главное: ты знаешь, что лейбл отдаёт тебе абсолютно всё, потому что это невыносимо, и всё равно продолжаешь зачем-то всё это писать», — подытожила Jerry Heil.

Позиция Nova Music

В официальном заявлении лейбла говорится:

«В конце осени 2025 года мы пришли к выводу, что текущие условия сотрудничества больше не устраивают обе стороны, и начали обсуждение дальнейших шагов. В декабре состоялась личная встреча, во время которой мы детально проговорили все нюансы завершения сотрудничества и совместно приняли решение запустить процедуру досрочного расторжения контракта», — пишет лейбл.

По словам представителей компании, проект изначально рассматривался как долгосрочная инвестиция, которая должна была выйти в плюс не ранее третьего года сотрудничества.

«На сегодняшний день проект ещё не вышел в финансовый плюс. При этом мы никогда не требовали и не требуем финансовой компенсации от артистки. Также мы никогда не посягали и не посягаем на авторские права Кажанны. В то же время в публичном пространстве звучат обвинения в наш адрес, которые не соответствуют действительности», — говорится в заявлении.

Поддержка звездных коллег

Публично поддержку Кажанне выразили Марина Круть, OTOY и Маша Кондратенко.

Рэпер OTOY (Вячеслав Дрофа) написал:

«Любимая, помни! Среди грязи индустрии, ненасытных и нездоровых амбиций тех, кто ради своего готов идти по головам собственных коллег и подчинённых, среди жадных до инфоповодов “представителей СМИ”, вечно охочих до пиара “менеджеров” — есть самое важное. Это люди. Нормальные, вдумчивые, заботливые люди. Ты — одна из самых интересных артисток новой волны. И пусть эту интересность найдут те, кто будет ценить тебя прежде всего за суть, а не за цифры».

Бандуристка Марина Круть (KRUTЬ) отметила, что творчество Кажанны имеет терапевтический эффект:

«Девочка, впереди у тебя столько дворцов, сокровищ и испытаний. Лети, птичка. Потому что твои тексты лечат тысячи душ. Ты всё сможешь. Мы тебя очень любим. Пусть это станет твоим опытом. Пиши об этом песни, выливай всё в тексты. Пусть тебя исцелит действие. И никого не слушай, кроме своего сердца. Ты у нас есть, и мы этому очень рады. Ты живая, молодая, уязвимая. Но это ты. Такое твоё сердце — как хрусталь. И именно оно пишет эту невероятную музыку. Береги своё, солнце. Любим тебя».

Маша Кондратенко поделилась собственным опытом сложных контрактов и также поддержала артистку:

«Я дважды побывала в тяжёлых контрактах и могу сказать, что это мега травматичный опыт. Были и унижения, и некорректное общение со стороны людей, с которыми я работала, абьюз и иногда даже газлайтинг, ага)) сейчас я понимаю, что это сделало меня более прагматичной, сильной и дало мне очень много мотивации доказать тем людям, чего я стою. Я обожаю Аню как человека и обожаю её творчество. Поэтому уверена, что у неё всё будет хорошо — и не просто хорошо».

Также свою позицию озвучил Laud. В видеообращении он подчеркнул, что не собирается становиться ни на одну из сторон, но считает важным открыто говорить о подобных ситуациях. Артист, который в этом году вместе с Jerry Heil участвует в Нацотборе на Евровидение-2026, рассказал, что почти пять лет был связан контрактом с продюсерской компанией, условия которого существенно ограничивали его как музыканта.

«Я хотел бы поддержать Кажанну в этой ситуации, но не хочу обвинять какую-то из сторон или становиться на чью-то конкретную сторону. Я просто хочу сказать из своего опыта, как артист, у которого был очень жёсткий, рабский продюсерский контракт. Это сильно демотивирует, когда с тобой не до конца честны, когда нет прозрачных условий и бухгалтерии и тебе недоплачивают. Поэтому главный вывод из этой ситуации — артистам нужны прозрачные и честные условия сотрудничества, потому что мы вкладываем в это весь свой талант, всё своё время и всю свою жизнь», — подчеркнул Laud.

Мнение эксперта

Свою оценку ситуации в комментарии для Afisha.bigmir.net эксклюзивно дала Марина Осаула — продюсер и CEO Pidhid PR Agency:

Я всегда придерживаюсь позиции, что ключевое в любом сотрудничестве — это договорённости «на берегу». Если они чётко проговорены на старте, многих конфликтов просто не возникает. Но при этом важно понимать, что шоу-бизнес — это сложная экосистема, и практически каждый артист проходит через подобные истории.

Если говорить об опыте украинского шоу-бизнеса, он очень разный. Например, история Wellboy — это кейс, когда артист публично и довольно эмоционально ушёл со своего лейбла со скандалом, но впоследствии достаточно быстро вернулся к сотрудничеству. И это нормально: иногда молодые артисты реагируют импульсивно, а со временем, с опытом, переосмысливают ситуацию.

В то же время существуют совершенно другие примеры — как в случае Виталия Козловского, где конфликт с первым продюсером длился годами и проходил сложный, затяжной путь. Универсального сценария здесь просто не существует.

В этой конкретной истории, на мой взгляд, важно учитывать, что для KAZHANNA это первый серьёзный опыт работы с продюсером и командой. Один кейс — это ещё не весь шоу-бизнес и уж точно не финальный вывод об индустрии в целом.

Лично я считаю, что подобные конфликты стоит пытаться решать внутри команды, а не выносить их в публичное пространство. Особенно сейчас, во время войны, когда информационное поле и так перенасыщено сложными и болезненными темами, а дополнительные публичные конфликты лишь усиливают общий негативный фон.

Также нельзя не учитывать тайминг. Когда продюсер Jerry Heil находится в чрезвычайно ответственном периоде, связанном с Евровидением, любой публичный конфликт вокруг этой истории объективно может мешать фокусу и конечному результату.

Кроме того, стоит понимать, что KAZHANNA, имея на данный момент лишь один подобный опыт сотрудничества, вероятно, сделала для себя очень масштабный и эмоциональный вывод. Но не факт, что именно публичный формат разбора ситуации был самым правильным решением. Вполне возможно, что со временем, с новым опытом и дистанцией, взгляд на эту историю изменится — и, возможно, когда-нибудь она сама об этом скажет. А возможно, и нет. Именно поэтому сегодня сложно делать окончательные выводы, ведь мы не знаем всех нюансов и деталей этого сотрудничества. Делать категоричные заявления в такой ситуации было бы неправильно. Карьера артиста — это длинный путь, и очень часто именно время, опыт и холодная голова расставляют всё по своим местам.