Переключиться на мобильную версию

Канны, день четвертый: Сен-Лоран и утомительная Турция

Журналисты в Каннах любят рассказывать о работе на фестивале, употребляя выражение «тяжелый труд». Что, конечно, их коллеги, которые на Каннском кинофестивале никогда не были, считают бесстыжим кокетством.
Поделись

Белоснежные яхты, плавно скользящие по лазурной глади моря, красные дорожки, по которым шагают знаменитости в переливающихся на солнце бриллиантах, модные вечеринки, где запросто встретить какого-нибудь Лео Ди Каприо – именно таким представляется этот город большинству. И разумеется, все это в Каннах есть – только не для журналистов.

Журналистам приходится смотреть по пять-шесть фильмов в день, с очень условными и редкими перерывами на, скажем, еду. Приглашения на светские мероприятия, конечно, приходят – но сложно решиться пойти танцевать, когда последний фильм дня заканчивается слегка за полночь, а первый фильм следующего дня стартует в 8:30, и оба надо обязательно посмотреть (самое обидное, что может случиться с журналистом в Каннах – если какой-то приз дадут фильму, который ты не видел, потому что решил выспаться/полежать на пляже/пойти на вечеринку).

Фильм Сен-Лоран/Saint Laurent режиссера Бертрана Бонелло – из тех фильмов, которые пропустить нельзя. Во-первых, он принимает участие в основном конкурсе. Во-вторых, это вторая биографическая картина о легендарном кутюрье в этом году, и надо понять, отличается ли она чем-то от первой кроме актерского состава.

Бонелло собрал в своем фильме неплохих молодых французских актеров. Главную роль играет Гаспар Ульель, приятный молодой человек, податливый материал. Golden Girl французского кино Леа Сейду играет одну из муз Сен-Лорана, легендарную тусовщицу Лулу де ла Фалез. Любовника Сен-Лорана, который сбивает его с пути истинного, Жака де Баше, играет плохой мальчик Луи Гаррель. В эпизоде в роли заказчицы Сен-Лорана появляется даже бесконечно обаятельная Валерия Бруни-Тедески. Со всеми этими слагаемыми, включая богатую кинематографичными событиями жизнь Ива Сен-Лорана, у Бонелло не получается выжать из этой биографии хоть что-либо обаятельное. Ульель, который, кстати, чудесно справился с ролью очарованного гомосексуалиста в эпизоде Гаса Ван Сента в Париж, я люблю тебя, в образе Ива Сен-Лорана обнаруживает полную эмоциональную импотентность. Личность гениального, порочного и в меру эпатажного Сен-Лорана предстает смазанной и банальной – будто мы до этого не знали, что творческого человека раздирают на части страх отсутствия похвалы, зависимость от общества и наркотический трудоголизм. Этот фильм, наверное, мог бы спасти искренний интерес к плодам этого трудоголизма – ведь, по большому счету, то, что производит творческий человек это единственное, что имеет значение. Пытаться удивить оргиями и наркотиками – пошло, потому что это неважно. Так что присутствие этой картины в основном конкурсе в Каннах, мягко говоря, удивляет.

Чего нельзя сказать о драме Зимняя Спячка/Winter Sleep турецкого режиссера Нури Бильге Джейлана. Джейлан – чуть ли не главное кино-явление Турции, в Каннах взял гран-при за Однажды в Анатолии (2010) и приз за режиссуру за Три обезьяны (2008). Зимняя спячка – трехчасовая разговорная и бесконечно утомительная история бывшего актера, который содержит отель, умничает по поводу и без, и отказывается признаться себе и окружающим в том, что ему скучно жить. Мы это понимаем, когда после очередного изнурительного для зрителя диалога главный герой решает бросить отель и все свое настоящее и найти более стоящую линию судьбы.


Фильм Джейлана – настоящее испытание для зрителя вроде меня, любящего либо динамичные фильмы, либо остроумные диалоги. В диалогах Зимней спячки, которые длятся минимум по двадцать минут, нет ни интересных мыслей, ни динамики, ни голой эмоции. Сплошное морализаторство, банальнейшие «злу надо противиться – нет, не надо противиться», и так по полчаса. Наверное, фильм убаюкал бы меньше зрителей, если бы Джейлан урезал хронометраж минимум в два раза.

На показ фильма Нури Бильге Джейлан, как и вся съемочная группа, приходит в черном, с траурными ленточками – в память о двух сотнях погибших во время недавнего взрыва в турецкой шахте. Есть мысль, что именно с мыслью о погибших критики ставили Джейлану оценки за Спячку – лично я эти оценки могу объяснить только сочувствием.

Для удобства пользования сайтом используются Cookies. Подробнее здесь