Переключиться на мобильную версию

Тони Оурслер и agentic iced etcetera: Работа для зрителя

В PinchukArtCentre Тони Оурслер размышляет о технологиях и их будущем в людской жизни.
Поделись

Тони Оурслер в PinchukArtCentre. Фото Ольги Комисар
Тони Оурслер в PinchukArtCentre. Фото Ольги Комисар

Американский видеохудожник Тони Оурслер создает "ожившее пространство" - инсталляцию, включающую в себя объекты необычной формы из стекла, резины, стали, текстиля и т.д., на которые проецируются движущиеся изображения глаз, ртов, других частей тел и не тел.
Вопрос, который сам художник считает главным для этой своей выставки - люди становятся ближе или отдаляются с развитием технологий? – служит здесь реализации его мечты про диалог с его зрителем, про зрительское соучастие в работе художника.

Оурслера интересует “эффект неожиданного восприятия”, он  использует довольно изощренные технические и технологические приемы с целью удивить зрителя, пробудить его интуицию, включить его воображение, заставить  “переживать различные уровни бегства и связи”.

В его работах Глаза и Каррикатуры перед зрителем предстают “разные, оторванные друг от друга части определенного образа, далее их надо соединить, и речь всегда о том, чтобы это сделал именно зритель”. Художник по сути предлагает тебе поиграть с ним в игру по собиранию пазлов из его работ и твоих зрительских фантазий. Твой внутренний ребенок на несколько секунд воодушевляется предложенной игрой, а некоторые видят тут даже "расширение методов познания до неограниченного экспериментализма" (из комментариев по поводу выставки на ФБ).

Когда же/если в тебе просыпается недостаточно экзальтированный взрослый, то он вспоминает старую шутку про бракованные елочные игрушки: светят ярко, блестят, мигают – радости не приносят. А эксперименты эти не являются ли теми, которые Бертольд Брехт называл экспериментами по повышению развлекательности?

Воплощая “психологические состояния чрезмерной принужденности”, создавая свое “поэтическое толкование души”, художник хочет заставить посетителя еще и задуматься о насилии в индустрии развлечений и позиции зрителя.

Художник, придумавший жанр-аттракцион разговаривающей и поющей и кричащей видео- скульптуры, является учеником одного из самых влиятельных концептуальных художников Джона Балдессари, чьи работы, кажется действительно заставляли думать.

В высказывании Оурслера: “Здесь идет речь о способности человека действовать самостоятельно и совершать собственный выбор. Мне кажется, что это крайне важно сегодня. Каждый словно должен определиться - является он потребителем или производителем” – самостоятельность человека определена дихотомией производства-потребления, что подразумевает загнанность человека в рамки экономического насилия при отсутствии каких-либо иных вариантов. Но, возможно, человек мог бы не быть ни производителем, ни потребителем. Тот человек, который вообще не зачем, а просто есть. Загнанному же зрителю художник собирается помочь пройти “сквозь темную воронку”.  Воронка эта  напоминает об архитектонике Ада в поэме Данте. Божественная Комедия, однако, описывает путешествие души через круги Ада, а художник, напротив, пытается дать зрителям “отдушину, где они могут уйти от темного и в реальной жизни увидеть светлое”.

“Искусство – это одно из немногих оставшихся в современной культуре пространств, где зрителя уважают. Его мысли настолько же важны, насколько мысли художника” – говорит Оурслер. В общем, важны все и каждый, позитивное и светлое обязательно победит, просто избавившись от темноты. “Рождение читателя приходится оплачивать смертью автора” – сказал когда-то Ролан Барт. В пространстве увлекательного творчества Тони Оурслера никто не умирает и не рождается.  Как и в объекте его критики -  телевизоре.
“Очень тонкую грань между искусством и развлечением” переходит не мертвый оживший автор, а именно тот самый зритель. Если сможет ее, эту грань, рассмотреть, отказавшись от заманчивого предложения художника.

Для удобства пользования сайтом используются Cookies. Подробнее здесь