Переключиться на мобильную версию

Сумасшествие против романтики. Два новых альбома

Американский маргинал и шведский мечтатель в поле зрения музкритика Афиши.
Поделись

Dan Deacon ‘America’ (Domino)
Фрик из Балтимора Дэн Дикон постепенно уводит свою музыку с территорий лоу-файного звукового террора,  ошметочной экспериментальной электроники, инфантильного восьмибитного брейкора, иррационально стреляющих шумовых петард – как метода шокового воздействия на слушателя. Нужно отметить, весьма действенного.
Вообще-то, подобное Дэн вытворял специально. Впечатления «продукта от неумехи-эксцентрика» никогда не возникало. Скорее – от маниакального ученого.  На прошлом альбоме Bromst саунд-шизофрении уже почти не было, а когда стало известно, что человек, не особо афишируя, записывает неоклассику и саундтреки, вывод оформился окончательно: Дикон – серьезный музыкант, а не забавляющийся аматор.      
Свежий лонгплей America – одновременно очень навороченная, комплексная, но и наиболее доступная работа Дэна. То есть, этот интенсивный стремительный нойз-поп с шершавой внешней оболочкой, колотящимися, вскипающими, бурлящими электронными звуками и зашитыми ритмами то мат-рока, то краута, вдруг оказался сдобрен разумными гармонями и мелодическими линиями. Мощная энергетика и клокочущий дроун подразумевают внутреннее напряжение, высокий градус, но не атаки на мозг. В наиболее мягких местах новые треки Дикона, вообще, похожи на индитронику или электронный пост-рок.   Также Дэну пригодился опыт кинокомпозитора. На пластинке-манифесте с названием America - уж, конечно, артист не ратует за нынешние штатовские ценности – он поддал издевательского симфо-пафоса.

Jens Lekman ‘I Know What Love Isn't’ (Secretly Canadian)
Шведский крунер Йенс Лекман возвращается с первым полноформатным альбомом за почти пять лет. В аннотации сообщается, что перед нами «запись разбитого сердца», «горькое послевкусие любовных отношений» и все такое – Йенс тяжело переживает расставание и поет, собственно, об этом. Да, возможно, песни имеют некоторый грустный тон. Но, вы знаете, по большому счету Лекман всегда был певцом (светлой) меланхолии. Щемящее, несбыточное и романтичное – красная нить и предыдущих записей.  Иронии же, фиглярской беззаботности – других составляющих – действительно поубавилось (то есть, сопоставлений, скажем, с Адамом Грином не будет).
Для достижения эффекта Йенс сознательно решил «оголить» композиции, сделать их более простыми и лаконичными в плане аранжировок. Практически никаких сэмплов, минимум оркестровок, духовых.  Однако опять же – кардинально сие не изменило стиль. Twee-folk, элегические сингеры-сограйтеры, немного воздушной ретро-эстрады кроя Берта Бакарака, типичные северо-европейские акустические мечтатели от Belle & Sebastian до соотечественников Лекмана с Labrador Records.
Может, не столь лучистая музыка, но все так же душевная и проникновенная.

Владимир Сиваш
 

Для удобства пользования сайтом используются Cookies. Подробнее здесь